Вчера после заседания Законодательного Собрания депутат Александр Рассудов принял участие в брифинге для СМИ, в ходе которого прокомментировал важные законодательные инициативы.
В частности, он прокомментировал журналистам проект закона вносятся изменения в Территориальную программу государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Санкт-Петербурге на 2026 год и на плановый период 2027 и 2028 годов. Для лиц, принимающих (принимавших) участие в специальной военной операции, и для защитников ДНР и ЛНР, предусмотрено предоставление медицинской помощи и санаторно-курортного лечения во внеочередном порядке, а также оказание психологической и психолого-психотерапевтической помощи.
«Давайте будем честны: принятие закона — это лишь первый шаг. Главный вопрос, как эта помощь будет выглядеть на практике. Все мы помним уроки истории и знаем про «афганский», «вьетнамский» синдромы. Мы все видели это в старых фильмах о Великой Отечественной — тех, что снимали фронтовики, а не компьютерные графики. Возвращение в мирную жизнь, где свои экономические сложности и бытовые неурядицы, — это тяжелейший процесс. У меня у самого в одной из школ был учитель черчения, который прошёл Афганистан. Это откладывает отпечаток на всю жизнь. Даже если человек не был на передовой, а просто находился в зоне риска, где каждый шаг мог стать последним — это откладывает отпечаток на всю жизнь. Это как тяжелое ДТП, которое преследует тебя годами», — подчеркнул депутат.
Что нужно делать на самом деле?
По мнению Александра Рассудова:
- Нужны не просто «галочки» в отчетах, а системная работа
- Специализированные центры. Не ПНД, а места, где понимают специфику посттравматического синдрома до того, как человек встал на учет или попал в больницу
- Масштабная подготовка кадров. Нам нужны профессионалы, способные работать с боевой травмой
- Комплексная адаптация. Это не только консультации. Это помощь в социализации, трудоустройстве, поддержка семей, работа с женами и детьми
- Это выделение бюджета на препараты. Потому что импортные лекарства стоят недёшево.
«Пока что эта работа — лишь в самом начале пути. И нам нужно ее комплексно продолжить», — уверен депутат.
Также он прокомментировал изменения в городском законе о торговой деятельности.
Вот несколько мыслей, которыми депутат поделился с журналистами:
Об исчезающей профессии
«Мы привыкли называть ремеслом всё подряд, но это не так. Ремесло — это не просто «маленькая серия». Это штучный, уникальный продукт. В эпоху массового потребления настоящие ремесленники — это, к сожалению, почти исчезающая прослойка. Мы давно ушли от времен, когда каждый предмет в доме был делом рук кузнеца или ткача», — сказал Александр Рассудов.
Где грань между ручным трудом и производством?
«Попробуйте прямо сейчас назвать вещь из вашего обихода, сделанную ремесленником. Скорее всего, вы задумаетесь. Даже свечи сегодня чаще всего — результат конвейера.Настоящее ремесло — это когда ваша бабушка вяжет вам носки. Это долгий процесс, это индивидуальный труд, это «штучность», — подчеркнул Александр Рассудов.
Пример с ювелирами
«Чтобы было понятнее, приведу аналогию. Есть бренды уровня Cartier — они создают уникальные вещи, но выпускают их партиями. Это бизнес, это производство. А есть Фаберже — где каждое изделие неповторимо, где вложена душа и время мастера. Вот это и есть ремесло.
Моя позиция проста: нам нужно четко понимать, кого мы поддерживаем. Нельзя путать малую серию с настоящим ручным трудом. Поддержка должна быть адресной и направленной на тех, кто действительно сохраняет уникальные навыки», -— отметил депутат.